Получено достаточно данных, указывающих на эффективность вмешательств в редуцировании факторов риска, в усилении защитных факторов, в предотвращении психопатологических симптомов и новых случаев психических расстройств. Доказано, что макрополитические меры, направленные на улучшение качества питания, жилья и образования или на уменьшение экономической нестабильности, снижают заболеваемость психическими расстройствами. Кроме того, наглядно продемонстрировано, что специфические вмешательства, нацеленные на повышение сопротивляемости детей и подростков путем воспитания, ранние вмешательства и программы для детей с риском развития психических расстройств, например имеющих психически больного родителя, переживших его потерю или разрушение семьи, улучшают состояние психического здоровья, ослабляют депрессивные симптомы и снижают частоту случаев развития депрессивных расстройств. Вмешательства для взрослого населения — от макрополитических стратегий, например налогообложение продукции алкогольной промышленности или законодательства о рабочем месте, до индивидуальной поддержки лиц с признаками психического расстройства — могут снижать психиатрическую заболеваемость и связанное с нею социальное и экономическое бремя. Было также показано, что физические упражнения, социальная поддержка и участие в общественной жизни улучшают психическое здоровье людей пожилого возраста. Государственная система охраны психического здоровья получит пользу благодаря непрерывному формированию базы данных путем комбинирования разных оценочных методов в странах с низким, средним и высоким уровнем доходов. Использование полученных данных для политических и практических целей требует усилий на международном, государственном и местном уровнях, включая формирование концепций правоспособности, защиты, направляя охрану психического здоровья в систему здравоохранения, а также в другие стратегии, безопасную инфраструктуру и стабильность. Специалисты в области охраны психического здоровья должны играть важную роль в повышении качества данных о профилактике психических расстройств, содействовать укреплению психического здоровья населения, вовлекать заинтересованные стороны в разработку программ, а также (как специалисты, оказывающие медицинскую помощь) в своей практической работе.

В последние годы появились и существенно расширились возможности для профилактики психических и поведенческих расстройств. В этой статье приводится краткий обзор данных о месте профилактики психических и поведенческих расстройств в рамках общей стратегии здравоохранения, кратко описываются современные данные о типовых профилактических вмешательствах, а также вносятся предложения относительно того, как они могут стать частью политики и практики. Читатели, желающие получить дополнительную информацию, могут обратиться к двум публикациям, изданным Всемирной организацией здравоохранения [1, 2].

Универсальные, избирательные и специфические превентивные вмешательства относятся к первичной профилактике. Универсальные профилактические меры нацелены на все население, которое не относится к группе повышенного риска, избирательные — на индивидов или на подгруппы населения, в которых риск развития психических расстройств значимо выше среднего и подтверждается биологическими, психологическими или социальными факторами риска. Специфические профилактические вмешательства применяют для представителей группы высокого риска, у которых наблюдаются минимальные, но обнаружимые признаки или симптомы, предвещающие развитие психического расстройства, либо биологические маркеры, указывающие на предрасположенность к психическому расстройству, но на тот момент времени не соответствующие критериям расстройства.

Вторичная профилактика предусматривает снижение частоты хорошо известных случаев расстройства или болезни в населении (распространенности) путем раннего выявления и лечения заболеваний, которые можно диагностировать. Третичная профилактика предусматривает вмешательства, нацеленные на уменьшение тяжести инвалидности, улучшение качества реабилитации и на предотвращение рецидивов и обострений болезни. Эта статья посвящена первичной профилактике психических расстройств.

Различие между содействием сохранению психического здоровья и предотвращением развития психического расстройства заключается в их целевых результатах. Содействие сохранению психического здоровья нацелено на положительное стимулирование его путем улучшения психологического состояния, повышения компетентности и сопротивляемости, а также путем создания поддерживающих условий жизни и окружающей обстановки. Профилактика психических расстройств нацелена на устранение симптомов и, естественно, психических расстройств. Как одно из средств достижения этих целей используются стратегии, способствующие сохранению психического здоровья. Помощь в сохранении психического здоровья, предусматривающая меры по его укреплению в населении, может также давать дополнительный результат, снижая заболеваемость психическими расстройствами. Хорошее состояние психического здоровья служит мощным защитным фактором против развития психического заболевания. Однако психические расстройства и хорошее психическое здоровье нельзя описывать как состояния, располагающиеся на противоположных концах линейной шкалы, а скорее как два пересекающихся и взаимосвязанных компонента одного отдельного понятия “психическое здоровье” [3]. Профилактика психических расстройств и содействие сохранению психического здоровья часто присутствуют в рамках одних и тех же программ и стратегий, предполагающих практически одинаковые виды деятельности и дающих разные, но дополняющие друг друга результаты.

Потребность в профилактике психических расстройств, основанной на доказательствах, послужила толчком к дискуссиям среди исследователей, практических врачей, сторонников содействия сохранению здоровья и разработчиков стратегий на международном уровне [4–12]. Если перефразировать определение доказательной медицины, сформулированное Sackett и коллегами [13], то профилактика и содействие сохранению здоровья, основанные на доказательствах, определяются как “добросовестное, точное и рациональное использование наилучших современных данных при выборе вмешательств для индивидов, сообществ и населения с целью максимально снизить показатели заболеваемости и создать людям возможности усиливать контроль над своим здоровьем и укреплять его”. Данные систематических исследований позволят избежать неопределенности решений из-за отсутствия информации или решений, основанных на тенденциозных предположениях, которые в свою очередь приводили бы к ненужной трате времени и ресурсов или к финансированию вмешательств с неблагоприятными результатами.

При принятии положительного решения использование научных данных приобретает особенно большое значение в том случае, если последствия решения велики (например, выбор новой профилактической программы для реализации в масштабе государства). Учитывая высокие затраты и недостаточную ответственность при расходовании общественных денег, необходимо, чтобы такое решение основывалось на веских доказательствах, показывающих, что программа эффективна и может окупиться. Поэтому также важно использование доказательств эффективности затрат на данные вмешательства.

Оценивая значение научных доказательств, следует учитывать различные факторы. Во-первых, чтобы избежать результатов тенденциозных наблюдений и необоснованных выводов, необходимо оценивать доказательства с точки зрения их качества, определяемого адекватностью используемых методов исследования. Данные нескольких метаанализов свидетельствуют о том, что величина эффекта выше в исследованиях, в которых используются общепризнанные высококачественные методы [5, 14, 15]. Во-вторых, следует также оценивать значение самих результатов, включая силу и тип эффектов. В-третьих, значение научных доказательств необходимо оценивать с точки зрения их фактического использования и воздействия на принятие решения. Наконец, значения данных следует комбинировать с другими показателями, также весьма важными при обсуждении распространения профилактических программ или их выбора, например с возможностью перенесения программ в другие ситуации или культуры, с их адаптивностью к ним и осуществимостью [16, 17].

При оценке качества научных доказательств, вероятно, во время дискуссий одним из “самых горячих” является вопрос о том, следует ли считать, что рандомизированные контролируемые испытания лучше всего гарантируют внутреннюю валидность результатов применения комплексных вмешательств. Хотя сила таких испытаний широко признается и используется в исследованиях эффективности профилактических вмешательств, многие ученые в этой области серьезно возражали против того, чтобы считать их одним единственным золотым стандартом [6, 12, 18–23]. Рандомизированные контролируемые испытания предназначены для изучения причинных факторов на индивидуальном уровне с использованием однокомпонентных вмешательств в строго контролируемых условиях, поэтому они пригодны в первую очередь для оценки клинических или профилактических вмешательств на уровне индивида либо семьи. Многие профилактические вмешательства адресованышколам, компаниям, сообществам или населению в целом. В этих испытаниях изучаются многокомпонентные программы в обстановке динамического сообщества, где многие контекстуальные факторы вряд ли можно контролировать. Строгий план рандомизированного контролируемого испытания не совсем пригоден в этом контексте, поэтому для сохранения его преимуществ в условиях применения вмешательства на уровне сообщества рандомизацию следует осуществлять на уровне более крупных компонентов, таких как школьные классы, школы или население района. Однако осуществимость таких рандомизированных испытаний на уровне сообщества ограничена по практическим, политическим, финансовым или этическим причинам. В тех случаях, когда против использования метода рандомизации выступают по этическим соображениям, ценными альтернативами являются квазиэкспериментальные исследования, в которых применяются техники подбора соответствующих групп с целью достичь сравнимости экспериментальной и контрольной групп, а также исследования с использованием временных рядов.

Формирование базы данных требует поэтапного и последовательного подхода с использованием разных методов в зависимости от информации, необходимой для данного решения. Обмен информацией на международном уровне через общие базы данных имеет большое значение для формирования базы веских доказательств, а также для глубокого понимания культуральных факторов.

Факторы риска ассоциируются с повышенной вероятностью развития, более выраженной степенью тяжести или с более продолжительным течением тяжелых расстройств здоровья. Защитные факторы — это условия, повышающие сопротивляемость людей к факторам риска и расстройствам: их определяют как факторы, которые модифицируют, улучшают или изменяют реакцию человека на некоторые средовые факторы риска, предрасполагающие к нарушению способности адаптироваться [24].

Получены убедительные данные о факторах риска и защиты и их связи с развитием психических расстройств [25, 26]. По своему характеру и те и другие факторы могут быть индивидуальными, семейными, социальными, экономическими или средовыми. Наличие множественных факторов риска, отсутствие защитных факторов и взаимодействие опасных и защитных ситуаций в основном дают кумулятивный эффект, что предрасполагает индивидов к нарушениям в психической сфере, далее к повышенной уязвимости, затем возникает психическое расстройство и наконец развернутая клиническая картина тяжелого психического заболевания.

Основные социально-экономические и средовые детерминанты психического здоровья связаны с макропроблемами, такими как бедность, война и неравенство. Например, бедные люди часто живут без базовой политической свободы деятельности, выбора и права на безопасность, которые не требуют доказательств. У них часто нет надлежащей пищи, жилья, образования и возможностей для сохранения здоровья; разные виды лишений не позволяют им вести образ жизни, который все ценят [27]. Группы населения, живущие в плохих социально-экономических условиях, подвержены повышенному риску ухудшения психического здоровья, депрессии и более низкого уровня субъективного благополучия [28]. Другие макрофакторы, например урбанизация, война и перемещение населения, расовая дискриминация и экономическая нестабильность, связаны с повышенной частотой симптомов и высокой заболеваемостью психическими расстройствами.

Индивидуальные и семейные факторы риска и защиты могут быть биологическими, эмоциональными, когнитивными, поведенческими, межличностными или связанными с семейным контекстом. Они могут оказывать самое сильное влияние на психическое здоровье в особенно сенситивные периоды жизни, их влияние может передаваться от одного поколения другому. В табл. 1 перечислены основные факторы, которые, как было установлено, коррелируют с развитием психических расстройств.

Профилактические вмешательства должны быть направлены на поддающиеся воздействию детерминанты, в том числе специфические для болезни, а также на более типичные факторы риска и защиты, общие для нескольких нарушений в психической сфере и психических расстройств. Вмешательства, эффективно воздействующие на такие типичные факторы, могут давать широкий спектр превентивных эффектов. Существует также взаимосвязь между психическим и физическим здоровьем: например, сердечно-сосудистое заболевание может вызывать депрессию и наоборот. Психическое и соматическое здоровье также может быть связано общими факторами риска, например плохое жилье может усугублять как психическое, так и соматическое здоровье.

Требуется глубокое понимание связей между разными психическими расстройствами и между психическим и соматическим здоровьем, а также путей развития общих и специфических для заболеваний факторов риска, усугубляющих состояние психического здоровья. Тем не мение получено достаточно данных, чтобы оправдать вложения правительственных и неправительственных организаций в развитие, распространение и осуществление программ и стратегий, основанных на доказательствах. Для разработчиков стратегии и для других заинтересованных кругов наиболее рентабельны и привлекательны инвестиции, направленные на устранение факторов риска и формирование факторов защиты, оказывающих большое влияние, или типичных для ряда родственных проблем, включая социальные и экономические.

Изменения в стратегии, законодательстве и в размещении ресурсов могут существенно улучшать психическое здоровье населения в разных странах и регионах. Было доказано, что такие изменения, помимо снижения риска развития психических расстройств и улучшения состояния психического здоровья, положительно влияют на здоровье в целом, на социальное и экономическое развитие общества.

Таблица 1. Психическое здоровье и психические расстройства: факторы риска и защиты

Получены веские доказательства того, что улучшение питания и развития детей, живущих в неблагоприятных социально-экономических условиях, способствует нормальному развитию когнитивных функций, улучшает достижения в образовании и снижает риск ухудшения состояния психического здоровья, особенно у детей группы риска или у живущих в обнищавших районах. Наиболее эффективными считаются модели вмешательств, которые предусматривают дополнительное питание, контроль развития и содействие ему. Эти модели комбинируют обеспечение питанием (например, пищевые добавки) с психологическим консультированием и психосоциальной помощью (например, доброжелательное отношение, внимательное выслушивание) [29]. Полагают, что затраты на ведение карт развития (в которых на график наносятся величины массы тела ребенка в сравнении с ожидаемой массой) также эффективны [30]. Помимо того, йод играет важную роль в предупреждении задержки умственного и физического развития и нарушения способности к научению [30]. Программы, предусматривающие добавку йода в пищу вместе с йодированной солью или с водой, гарантируют, что дети получат адекватную дозу йода. Глобальные программы, например поддерживаемые Детским фондом Организации Объединенных Наций (UNICEF), позволили использовать йодированную соль в 70% семей стран мира. Это защищает 91 млн новорожденных от дефицита йода [31] и опосредованно предотвращает развитие связанных между собой нарушений психического и физического здоровья.

Плохое жилье считается индикатором бедности и “мишенью” для улучшения общественного здоровья и уменьшения неравенства в здоровье. Данные последнего систематического обзора исследований по изучению влияния улучшения жилья на здоровье свидетельствуют о благоприятных результатах в отношении психического и физического здоровья. К ним относятся улучшение психического и физического здоровья и менее выраженное психическое напряжение (по данным самоотчетов), а также более широкое положительное социальное воздействие на такие факторы, как восприятие безопасности, участие в преступной, социальной и общественной деятельности [32].

Низкий уровень грамотности и образования — основные социальные проблемы во многих странах, особенно в Южной Азии и в регионе Африки, расположенном южнее Сахары, причем они более характерны для женского населения. Отсутствие образования резко ограничивает возможности доступа индивидов к экономическим благам. В большинстве стран достигнуты впечатляющие успехи в повышении уровня грамотности благодаря более качественным образовательным программам для детей, однако гораздо меньше усилий направлено на нынешнюю безграмотность взрослых. Предполагается, что программы, нацеленные на ликвидацию безграмотности, особенно среди взрослых, могут принести ощутимую пользу, устраняя психологическое напряжение и укрепляя психическое здоровье. Например, этнографические исследования в Индии показали, что реализация программ по ликвидации безграмотности оказалась весьма успешной помимо приобретения специальных навыков [33]. Благодаря тому, что женщины собирались в новом социальном формате, позволяющем получать информацию и обогащаться новыми идеями, занятия служили катализатором социальных изменений. Участвуя в кампаниях учителей-добровольцев, обнищавшие грамотные женщины и девочки приобретали чувство гордости, собственного достоинства и цель в жизни. Положительное влияние на психическое здоровье опосредовалось различными способами, в том числе приобретением способности к количественному мышлению, что снижало риск стать жертвой мошенничества, большей уверенности в декларировании своих прав и преодолении барьеров на пути к благоприятным возможностям. Все эти достижения ассоциируются с предотвращением ухудшения состояния психического здоровья и со снижением риска развития психических расстройств.

Во многих развивающихся странах непрочное экономическое положение является стойким источником стресса и беспокойства, которые могут провоцировать появление симптомов депрессии, психических расстройств и самоубийство. Неправительственные организации, например Бангладешский комитет по развитию сельских районов, разработали программы уменьшения бедности, нацеливающие на источники кредитования, на проблемы равенства полов, оказания базовой медицинской помощи, образования и защиту прав человека. Предоставление ссуды такими источниками может снижать риск развития психического заболевания благодаря устранению основной причины стресса — угрозы, которой является неофициальное одалживание денег. Оценка программ уменьшения бедности Бангладешского комитета по развитию сельских районов, адресованных миллионам беднейшего населения в Бангладеш, свидетельствует о том, что психологическое благополучие женщин, членов этого комитета, лучше, чем у тех, кто не является его членом [34].

Многие вмешательства на уровне сообщества сосредоточены на развитии процессов предоставления полномочий и формирования чувства принадлежности и социальной ответственности у членов сообществ. Примером является инициатива “Сообщества, поддерживающие программу”, которая оказалась успешной в нескольких сотнях общин в США и в настоящее время принимается и воспроизводится в Нидерландах, Англии, Шотландии, Уэльсе и Австралии. Такая инициатива побуждает население применять систему профилактики насилия и агрессии, используя местные данные, позволяющие выявлять факторы риска и разрабатывать соответствующие меры [35]. Для этого предусматриваются вмешательства, одновременно проводимые на многих уровнях: среди населения (средства массовой информации, изменение стратегии), в школе (изменение управления или методов преподавания), в семье (занятия для родителей) и на индивидуальном уровне (например, повышение уровня социальной компетентности).

Относительно аддиктивных веществ эффективны регулятивные меры, которые принимаются на международном, национальном, региональном и местном уровнях: взимание налога, ограничение доступности этих веществ и полный запрет на прямую и косвенную рекламу [36].

Цена — одна из самых значимых детерминант употребления алкоголя и табака. Увеличение налога, который повышает цену табака на 10%, снижает потребление табачных изделий примерно на 5% в странах с высоким уровнем доходов и на 8% в странах с низким и средним. Такая же картина наблюдается и в отношении алкоголя: увеличение цены на 10% может сократить длительное потребление алкоголя почти на 7% в странах с высоким уровнем доходов и, хотя данные очень ограниченные, почти на 10% в странах с низким уровнем доходов [36]. Кроме того, повышение налогов на алкоголь снижает заболеваемость и распространенность заболеваний печени, обусловленных употреблением алкогольных напитков, несчастных случаев на транспорте и других преднамеренных и непреднамеренных травм, например семейное насилие и отрицательные последствия психического заболевания, вызванные употреблением алкогольных напитков.

Законы, предусматривающие увеличение минимального возраста легального употребления алкоголя, способствуют снижению продаж и сокращению проблем у молодых потребителей спиртного. Сокращение часов и дней продажи и уменьшение количества магазинов, специализирующихся на продаже спиртных напитков, а также ограничения на доступ к алкоголю сопровождаются сокращением как употребления алкоголя, так и связанных с ним нарушений.

Работа с уязвимыми группами населения по смягчению стрессоров и повышению сопротивляемости организма способствует эффективному предотвращению развития психических и поведенческих расстройств и укрепляет психическое здоровье. В следующих подразделах приведены некоторые данные, имеющие отношение к разным периодам жизни.

Данные патронажных посещений на дому женщин во время беременности и детей раннего младенческого возраста, включающие курение матери, недостаточную социальную поддержку, плохие родительские навыки и ранние взаимодействия “родитель–ребенок”, показали, что медицинские, социальные и экономические последствия имеют огромное значение для общественного здоровья [37]. К ним относятся улучшение психического здоровья как у матерей, так и у новорожденных, снижение показателя использования служб системы здравоохранения, а также долгосрочное уменьшение количества случаев нарушений поведения через 15 лет. Если учитывать долгосрочные результаты, затраты на эти вмешательства также могут быть эффективными.

Программа патронажных посещений на дому женщин во время беременности и детей раннего младенческого возраста [38, 39], двухгодичная программа посещений патронажной медицинской сестры нищих впервые забеременевших подростков — яркий пример программы с благоприятными результатами как для матерей, так и для новорожденных. Рандомизированные контролируемые испытания продемонстрировали увеличение массы тела при рождении почти на 400 г, на 75% сократилось количество случаев преждевременных родов, больше чем в два раза уменьшилось количество посещений по неотложным показаниям, а также значительно реже отмечались случаи жестокого обращения с ребенком со стороны матерей-подростков. Трудоустройство среди матерей возросло на 82%, а рождение второго ребенка откладывалось более чем на 12 месяцев. Когда дети достигали 15-летнего возраста, среди них на 56% реже отмечались проблемы, связанные с алкоголем и другими психоактивными веществами, на столько же уменьшилось количество арестов, на 81% сократилось количество судимостей и на 63% количество сексуальных партнеров. Семьи были состоятельны в финансовом отношении, а затраты правительства на такие семьи более чем компенсировали стоимость программы [38–41]. Однако было установлено, что не все программы патронажной работы медицинских сестер и социальных работников эффективны [42], следовательно, необходимо выявлять факторы, которые прогнозируют эффективность вмешательств.

Вмешательства для детей из бедных семей, нацеленные на повышение качества когнитивного функционирования и речевых навыков, способствовали лучшему развитию когнитивных функций, более высокой успеваемости в школе и менее выраженным нарушениям в поведении. Например, проект Perry, охватывающий период от дошкольного возраста участников до периода взрослости, продемонстрировал благоприятные результаты до достижения 19 и 27 лет по количеству арестов на протяжении жизни (уменьшение на 40%) и семикратную прибыль на экономические инвестиции правительства в программу [43, 44].

Программы обучения родителей умению справляться с детьми также продемонстрировали значимые профилактические эффекты, например программа “Невероятные годы”, которая предусматривает поведенческое вмешательство, усиливающее положительные взаимодействия между ребенком и родителем, повышающее качество решения проблем и социального функционирования, а также смягчающее нарушения поведения дома и в школе. В процессе реализации программы используются методы моделирования с использованием видеозаписей, которые включают модули для родителей, школьных учителей и детей [45, 46].

Подтвердилась эффективность только двух типов проактивных стратегий в предотвращении или в смягчении проявлений жестокого обращения с ребенком: программы патронажной работы с матерями группы высокого риска и программы самозащиты для детей школьного возраста, направленные на предупреждение жестокого сексуального обращения [47]. Программы патронажной работы (например, упомянутая выше Программа патронажных посещений на дому женщин во время беременности и детей раннего младенческого возраста) показали, что в течение первых двух лет количество верифицированных случаев жестокого обращения с ребенком или его заброшенности уменьшилось на 80%. Программы самозащиты позволяют детям приобретать знания и навыки, необходимые для предотвращения собственной виктимизации. Эти школьные программы широко реализуются в США в начальных школах. Хорошо контролируемые испытания показали, что дети чувствуют себя лучше, владея знаниями и навыками [48]. Однако пока что нет данных о том, что эти программы способствуют уменьшению количества случаев жестокого обращения с ребенком.

У детей, у которых родитель страдает психическим заболеванием, например депрессией, риск заболеть депрессивным расстройством до 20-летнего возраста возрастает на 50% [49]. Полученные данные указывают на то, что передача психических расстройств от одного поколения другому является результатом взаимодействия генетических, биологических, психологических и социальных факторов, действующих как во время беременности, так и в младенческом возрасте [50]. Вмешательства, предотвращающие передачу психических расстройств от одного поколения другому, нацелены на факторы риска и защиты, например на расширение объема знаний у членов семьи о заболевании, повышение психосоциальной устойчивости у детей, улучшение взаимодействия между родителями и ребенком и в семье, стигму и на социальную сеть поддержки. До сих пор проведено очень мало контролируемых исследований по изучению результатов подобных программ, хотя они перспективны, например рандомизированное контролируемое испытание эффективности программы, ориентированной на когнитивное функционирование участников группы. Это испытание показало уменьшение количества новых случаев депрессивного расстройства и рецидивов с 25% в контрольной группе до 8% в группе участников профилактической программы в течение первого года после вмешательства и с 31 до 21% соответственно в течение второго года наблюдения [51].

Школьные программы благодаря экологическим вмешательствам и научению соответствующему социально-эмоциональному поведению улучшают психическое здоровье [52]. Некоторые вмешательства при комплексном подходе в течение ряда лет проводятся во всей школе, тогда как другие нацелены только на одну ее часть (например, дети в одном классе) или на специфическую группу учащихся с установленным риском. В результате улучшилась школьная успеваемость, повысились качество навыков решения проблем и уровень социальной компетентности, а также уменьшились интернализованные и экстернализованные нарушения, такие как симптомы депрессии, тревоги, буллинг, употребление психоактивных веществ, агрессивное и делинквентное поведение.

Фокусированные на экологии вмешательства нацелены на контекстуальные переменные в доме и в школе ребенка. Было показано, что программы, которые реструктурируют школьную обстановку (например, “Проект переходной обстановки в школе”) [53], влияя на психологический климат в классе (например, игра в хорошее поведение) [54] или во всей школе (например, норвежская программа предотвращения буллинга*) [55], улучшают эмоциональные реакции и поведение и предупреждают или смягчают симптомы и связанные с ними отрицательные результаты.

Подростки, чьи родители разведены, чаще бросают школу, среди них более высокие показатели распространенности случаев беременности, интернализованных и экстернализованных нарушений, а также более высокий риск развода и преждевременной смерти. Эффективные школьные программы для детей разведенных родителей (например, группа поддержки детей, программа вмешательств для детей разведенных родителей), предусматривающие обучение навыкам совладания с использованием техник когнитивно-поведенческой психотерапии и оказание социальной поддержки, уменьшают стигматизацию и редуцируют депрессивную симптоматику и нарушения поведения, что было отмечено во время одногодичного катамнестического исследования [56–58]. Программы, ориентированные на улучшение навыков воспитания и совладания с эмоциональными реакциями у родителей, связанными с разводом, повышают качество отношений “мать–ребенок” и смягчают интернализованные и экстернализованные нарушения у детей. В одном шестилетнем рандомизированном катамнестическом исследовании выявлена разница в распространенности психических расстройств: в экспериментальной группе одногодичная распространенность диагностированных психических расстройств среди подростков составляла 11% по сравнению с 23,5% в контрольной группе [59].

Смерть родителя коррелирует с большей частотой симптомов тревоги и депрессии, включая клиническую депрессию, нарушения в поведении и более низкую академическую успеваемость. Хотя многие вмешательства доступны для детей, переживающих тяжелую утрату, лишь немногие были оценены в контролируемых испытаниях [58]. Показательным примером является вмешательство, одновременно нацеленное на детей, подростков и выживших опекунов, которое способствовало формированию положительных отношений “родитель–ребенок”, эффективному совладанию, хорошему психическому здоровью у лиц, опекающих ребенка, улучшало дисциплину и облегчало обмен чувствами и переживаниями [60]. Эффекты были более заметны у детей, которые относились к группе более высокого риска, т. е. у тех, у кого в начале программы уже наблюдались симптомы.

Рабочий стресс и безработица могут усугублять психическое здоровье и повышать заболеваемость депрессией, тревогой, синдромом выгорания, расстройствами, связанными с употреблением алкоголя, сердечно-сосудистыми заболеваниями и частоту случаев суицидального поведения.

Чтобы уменьшить рабочий стресс, вмешательства следует направлять либо на повышение способности работающих справляться со стрессорами, либо на их устранение в рабочей среде. Чтобы организовать рабочие условия, можно использовать три типа стратегий: деловые и технические вмешательства (например, увеличение разнообразия видов работы, усовершенствование трудовых процессов и условий труда, уменьшение шума, снижение рабочей нагрузки), четкое определение функциональных обязанностей и улучшение социальных отношений (например, коммуникация, разрешение конфликтов), а также вмешательства, нацеленные на многочисленные изменения, направленные как на работу, так и на работников. Несмотря на существование национального и международного законодательства в отношении психосоциальной рабочей обстановки, которое делает акцент на оценке риска и на его устранении, большинство программ нацелено на ослабление когнитивной оценки стрессоров и их последующих эффектов, а не на ослабление или на устранение самих стрессоров [61].

К наиболее широко известным универсальным вмешательствам как ответным реакциям на риск потери работы и на безработицу относятся правовые нормы, регулирующие страхование на случай потери работы и пособие по безработице, или нормы, предусматривающие улучшение обеспеченности работой. Их наличие широко варьируется в разных частях мира. Ряд норм относительно места работы нацелены на снижение риска потери ее и безработицы, включая разделенную ставку, положения, гарантирующие занятость у данного предпринимателя, уменьшение оплаты и сокращение рабочих часов. Отсутствуют эмпирические данные об их потенциальной возможности защитить психическое здоровье работников, хотя совершенно очевидно, что они могут ослаблять стресс, обусловленный безработицей.

Ряд программ поддерживают безработных, помогая возвратиться к оплачиваемому труду, например рабочий клуб и программа рабочих мест [61]. Эти несложные и недорогие программы предусматривают комбинирование базовых навыков поиска работы с повышением мотивации, социальной поддержки и формирования навыков совладания. В США [62–64] и Финляндии [65] программу рабочих мест проверили и повторили в крупных рандомизированных испытаниях. В них были продемонстрированы повышенные показатели повторного трудоустройства, лучшее качество и более высокая оплата полученной работы, повышение собственной эффективности в поиске работы и своего мастерства, а также смягчение симптомов депрессии и дистресса.

Среди лиц, осуществляющих уход за хронически больными и людьми пожилого возраста, повышен риск возникновения чрезмерного напряжения и учащения новых случаев заболевания депрессией. Результаты многих контролируемых исследований по изучению эффективности психообразовательных программ для членов семей, осуществляющих уход за родственниками пожилого возраста, свидетельствуют об уменьшении бремени, о редуцировании симптомов депрессии, субъективном улучшении самочувствия и воспринимаемой удовлетворенности лиц, осуществляющих уход [66]. Психообразовательные программы предоставляют информацию о заболевании подопечного и о доступных ресурсах и службах, а также обучают эффективному реагированию на проблемы, возникающие при конкретном заболевании у родственника. Такие программы предусматривают проведение лекций, групповых занятий и использование печатных материалов.

Психическое здоровье лиц пожилого возраста с разной степенью эффективности улучшают различные типы вмешательств, включая физические упражнения, улучшение социальной поддержки путем дружеского отношения, просветительскую работу с пожилыми лицами с хроническими заболеваниями и опекающими
их людьми, ранний скрининг, лечение специалистами первичного звена медицинской помощи и программы, использующие техники обсуждения событий их жизни. Предупреждение черепно-мозговых травм, нормализация высокого систолического давления и высокой концентрации холестерина в сыворотке крови также, по-видимому, эффективны, поскольку снижают риск развития деменции.

Например, физические упражнения, такие как занятия аэробикой и тайцзи, приносят как физическую, так и психологическую пользу лицам пожилого возраста, включая бoльшую удовлетворенность жизнью, хорошее настроение и психическое благополучие, смягчение проявлений психологического дистресса и симптомов депрессии, снижение кровяного давления и более редкие случаи падений [67]. Другие программы, хотя и демонстрирующие многообещающие эффекты, требуют повторных исследований, например изучения эффективности раннего массового обследования людей пожилого возраста и метода ведения случая заболевания, в том числе оказания различных видов социальной помощи как средств уменьшения случаев депрессии и повышения удовлетворенности жизнью [68].

Хотя среди лиц пожилого возраста депрессия наблюдается достаточно часто, почти не проводились контролируемые исследования по изучению эффективности профилактики указанного заболевания и самоубийств в этой группе населения. Получены некоторые данные, указывающие на улучшение социальных отношений и уменьшение количества симптомов депрессии среди участников программы, включающей вдов, оказывающих взаимную поддержку. Предварительные данные также свидетельствуют о том, что встречи для обсуждения событий жизни и терапия воспоминаниями могут снижать риск развития депрессии у лиц пожилого возраста, особенно у подопечных домов престарелых с медицинским обслуживанием [69], хотя благоприятные результаты, по-видимому, со временем исчезают, что свидетельствует о необходимости постоянной поддержки.

Депрессия нередко наблюдается и у лиц с хроническими или со стрессовыми соматическими заболеваниями. Однако в этой сфере очень мало примеров эффективных программ. Техники просветительской работы среди пациентов, нацеленные на обучение методам прогноза и умения справляться с хроническими состояниями, дали краткосрочные благоприятные эффекты, например редуцирование симптомов депрессии [70]. Обеспечение слуховыми аппаратами людей пожилого возраста с потерей слуха также может способствовать лучшему социальному, эмоциональному и когнитивному функционированию и редуцированию симптомов депрессии [71].

Данные, полученные в течение последних нескольких десятилетий и кратко изложенные выше, наглядно демонстрируют, что можно снизить риск ухудшения психического здоровья и предотвратить развитие психических расстройств. Далее, важная задача — облегчить использование полученных данных для разработки стратегии и для практической работы. В этом разделе кратко описаны некоторые шаги и факторы, которые могут облегчить работу на международном, государственном и местном уровне, направленную на предотвращение психических и поведенческих расстройств.

Необходимо провести глобальную пропагандистскую кампанию, чтобы повысить уровень осведомленности о профилактической работе в системе психиатрической помощи и усилить веру в ее успех. Необходимо широко распространять полученные данные среди разработчиков стратегии и среди всего населения. Современные знания и ресурсы в сфере профилактики психических расстройств и содействия сохранению психического здоровья неравномерно распределяются во всем мире. Необходимы международные программы, чтобы поддержать страны, у которых пока что нет возможностей и опыта в этой сфере. Международные учебные программы, особенно в странах со средним и с низким уровнем доходов, следует разрабатывать в сотрудничестве с международными организациями, которые уже имеют возможности для этого и владеют необходимым опытом.

Чтобы усилить базу знаний, следует расширить объем исследований по оценке эффективности профилактики, особенно посредством международного сотрудничества. Для этого следует сформировать сеть сотрудничающих научно-исследовательских центров, реагирующих на потребности стран с низким, средним и высоким уровнем доходов. Исследователи должны обратить особое внимание на многоцентровые и репликационные исследования по изучению способности разработчиков программ и стратегий быстро реагировать на культуральные особенности испытуемых. Кроме того, следует проводить лонгитудинальные исследования по изучению отдаленных результатов превентивных вмешательств; исследования взаимосвязи между нарушениями психического, физического и социального здоровья; исследования по оценке эффективности затрат для выявления наиболее эффективных стратегий и определения значения профилактики помимо ее пользы для психического здоровья; исследования для выявления предикторов эффектов, чтобы повысить эффективность затрат.

Правительственные службы должны разрабатывать национальные и региональные стратегии по профилактике психических расстройств и содействию сохранению психического здоровья как части стратегии общественного здравоохранения и в соответствии с принципами лечения и реабилитации. Государственная политика должна предусматривать действия по горизонтали через различные государственные секторы, например органы охраны окружающей среды, обеспечения жильем, социального обеспечения, труда и трудоустройства, просвещения, уголовного судопроизводства и защиты прав человека. Правительства стран и компании по страхованию здоровья должны распределять соответствующие ресурсы для реализации деятельности, основанной на доказательствах, в том числе оказывая поддержку при формировании возможностей во многих секторах с установленными обязанностями; финансировании тренингов, образования, внедрения и оценочных исследований; стимулировании координации работы разных секторов, которые связаны с охраной психического здоровья.

Правительственные службы должны развивать национальную и местную инфраструктуру для проведения профилактики психических расстройств и содействия сохранению психического здоровья и работать в сотрудничестве с органами общественного здравоохранения и государственной политики, стоящими на других позициях. Правительственные службы и компании страхования здоровья должны распределять соответствующие ресурсы для реализации деятельности, основанной на доказательствах, в том числе поддерживать формирование людских ресурсов во многих секторах с установленными функциональными обязанностями; финансирование стажировки, образования, внедрения программ и оценочных исследований; стимулирование координации работы разных секторов, которые имеют отношение к охране психического здоровья.

Учитывая высокие показатели коморбидности при психических расстройствах и плохое физическое здоровье, огромное значение имеют комплексные стратегии профилактики в рамках первичного звена и системы квалифицированной медицинской помощи. Необходимы поддерживающие методы профилактики наряду с увеличенными ресурсами и стажировкой специалистов системы первичного звена и квалифицированной медицинской помощи.

Чтобы поддерживать благоприятные результаты для общественного здоровья в течение более продолжительного времени, чрезвычайно важно предусматривать подотчетность сообществ, чтобы поддерживать стратегии, направленные на сохранение стабильности в рамках органов здравоохранения. Государственная власть и исполнители должны выбирать программы и стратегии, которые позволяют использовать существующие инфраструктуры и ресурсы. Компоненты содействия сохранению психического здоровья и профилактики должны быть структурно интегрированы с существующими эффективными программами содействия сохранению здоровья и с социальными стратегиями в школе, на рабочих местах и в населении.

Превентивные стратегии должны основываться на систематических оценках потребностей государственной системы охраны психического здоровья. Чтобы распространить влияние профилактических вмешательств на психическое здоровье всех групп населения, следует разрабатывать программы, широко доступные для таких групп. Разработчики и исполнители программ должны учитывать основанные на доказательствах принципы и условия, которые могут повысить результативность и эффективность затрат и одновременно улучшить психическое и физическое здоровье, а также позволят получить социальные и экономические преимущества (выгоды).

Лица, оказывающие помощь, обязаны гарантировать культуральную адаптацию и приспособление программ, особенно если они, основываясь на доказательствах, заимствованы в других странах или культурах, или когда их используют в сообществах и целевых группах населения, которые отличаются от тех, для кого они были первоначально разработаны и испытаны. Адаптация программ, даже с учетом особенностей культуры ее участников, должна подчиняться принципам эффективного вмешательства и успешной реализации. Необходимо более глубокое понимание возможностей для перенесения (в другое место) доказательных программ и стратегий, возможностей для адаптации и переработки их в разных странах и культурах.

Практикующие специалисты и исполнители программ должны обязательно гарантировать высокое качество их реализации и использование инструментов, повышающих качество и гарантирующих точное выполнение программ, например руководств для программного обеспечения, методических рекомендаций по эффективному выполнению, тренингов и консультаций специалистов.

Специалисты в области охраны психического здоровья, включая психиатров, психологов, психиатрических медицинских сестер, социальных работников и других специалистов, прошедших подготовку по вопросам охраны психического здоровья, могут и должны выполнять некоторые роли, чтобы сделать предотвращение психических и поведенческих расстройств реальностью. Далее мы кратко опишем их.

Специалисты в области охраны психического здоровья по долгу службы повышают уровень осведомленности и информирования о мерах профилактики среди разработчиков стратегий, других специалистов и всего населения, создавая обстановку, способствующую профилактической работе. В настоящее время в основном бытует мнение, что психические расстройства возникают по неизвестной причине и их практически невозможно предотвратить. Для устранения этих мифов должна быть широко доступна правильная информация об установленных причинах и о возможных методах снижения заболеваемости и улучшения течения психических расстройств.

Владея своей базой данных, специалисты в области охраны психического здоровья должны консультировать специалистов, планирующих работу органов здравоохранения, и разработчиков программ в отношении возможностей инициирования профилактических вмешательств или интегрирования мер по охране психического здоровья с уже существующими программами. Возможности для выполнения этой роли огромны, поскольку в большинстве стран и сообществ функционируют программы общественного здравоохранения и социальные программы, которые могут служить делу профилактики психических расстройств. Даже если не требуется никаких изменений, осознание того, что программа содействует предотвращению развития психических расстройств, помогает подкрепить необходимость продолжения или расширения программы.

Во многих случаях специалисты в области охраны психического здоровья должны играть активную роль в инициировании профилактических программ. Это может быть роль лидера или активного сотрудника, особенно в межведомственной программе. Некоторые наиболее эффективные профилактические программы были инициированы специалистами в области охраны психического здоровья, работающими в тесном сотрудничестве с другими специалистами.

Специалисты в области охраны психического здоровья должны приступить к дальнейшим исследованиям по оценке эффективности профилактики психических расстройств. Известно, что исследований по изучению психического здоровья как части всех исследований в области охраны здоровья гораздо меньше, чем пропорциональное бремя психических расстройств, а в странах с низким и средним уровнем доходов таких исследований еще меньше [72–74]. Даже среди доступных исследований по изучению психического здоровья эффективность профилактических мер изучалась недостаточно. Специалисты в области охраны психического здоровья и исследователи должны исправить этот дисбаланс и создать более качественную базу данных, особенно в странах с низким и средним уровнем доходов. Особенно страдает база данных о выполнении профилактических программ в реальной жизни: этот пробел преодолевается систематической оценкой в рамках существующих профилактических программ. Преодолеть недостаточное финансирование, по-видимому, помогут новаторские предложения, особенно межведомственные по характеру и нацеленные на многочисленные результаты, усиливая интерес со стороны потенциальных финансовых агентств.

Специалисты в области охраны психического здоровья вступают в тесный контакт с людьми с психическими расстройствами и с их семьями. Благоприятные возможности для первичной профилактики в этих условиях огромны. У людей с одним или с несколькими психическими расстройствами (активным или в стадии ремиссии) чаще развивается другое психическое расстройство. Профилактические вмешательства среди этих людей, даже если они контактируют со специалистами в области охраны психического здоровья, игнорируются. Примером может служить профилактика депрессии у людей с расстройством, связанным с употреблением психоактивных веществ, или эмоциональных расстройств у ребенка со специфическим расстройством развития.

Другой путь, которым специалисты системы психиатрической помощи могут содействовать профилактической работе, — это инициирование профилактических вмешательств у членов семей лиц, получающих психиатрическую помощь. Превентивные методы для детей, чьи родители страдают психическим расстройством, имеющих особый риск, могут быть высокоэффективными, но, к сожалению, применяются редко. Специалисты в области охраны психического здоровья должны сочетать оказание необходимого объема медицинской помощи пациентам, получающим лечение, с предотвращением потребности в медицинской помощи среди членов их семей в будущем.

Предотвращение психических расстройств является приоритетом общественного здравоохранения. Учитывая постепенно возрастающее бремя психических и поведенческих расстройств и известные ограничения в их лечении, единственным приемлемым методом уменьшения этого бремени является профилактика. Социологи и биологи внесли существенную ясность в роль факторов риска и защиты в формировании путей развития психических расстройств и неудовлетворительного состояния психического здоровья. Многие из этих факторов поддаются воздействию и являются потенциальными “мишенями” для профилактических и других соответствующих мер. Для внедрения в практику доступен широкий спектр основанных на доказательствах принципов и стратегий (в дополнение к специфическим для конкретных психических расстройств), которые позволяют предотвращать развитие психических и поведенческих расстройств. Установлено, что превентивные стратегии смягчают факторы риска, усиливают защитные факторы, редуцируют психопатологическую симптоматику и чаще предотвращают развитие некоторых психических расстройств; они также улучшают состояние психического и физического здоровья и генерируют социальные и экономические преимущества (выгоды).

Хотя достаточный объем данных оправдывает внедрение программ в практику, необходимы дополнительные усилия, чтобы и дальше расширять спектр эффективных превентивных мер, повышать их результативность и эффективность затрат в изменяемых условиях и обогащать базу данных. Для этого необходимо регулярно оценивать эффективность программ и стратегий и их внедрение и проводить достаточное количество контролируемых научных исследований.

Специалисты в области охраны психического здоровья должны выполнять несколько важных ролей в области профилактики, а именно: сторонников профилактики, технических консультантов, руководителей программ, исследователей и исполнителей профилактической работы. Эти роли трудные, но, по-видимому, являются очень благодарными обязанностями. Однако на результаты профилактических программ на уровне населения можно рассчитывать только после инвестирования достаточных человеческих и финансовых ресурсов. Финансовую поддержку следует направлять на реализацию профилактических программ и стратегий, основанных на доказательствах, и на развитие необходимой инфраструктуры. Кроме того, следует содействовать инвестициям в формирование возможностей на уровне страны, проводя стажировки и создавая рабочую силу — информированных специалистов. Значительная часть инвестиций должна поступать от правительства, поскольку именно оно в конечном счете ответственно за здоровье населения. Современные ресурсы для профилактики психических расстройств и содействия сохранению психического здоровья в мире распределяются неравномерно. Международные программы должны быть нацелены на уменьшение этого разрыва и на поддержку стран с низким уровнем доходов при накоплении знаний и опыта в области профилактики, а также стратегий и вмешательств, учитывающих потребности, особенности культуры, условия и благоприятные возможности.

Профилактика психических расстройств и содействие сохранению психического здоровья должны быть неотъемлемой частью общественного здравоохранения и соответствующей политики на местном и на государственном уровне. Меры по профилактике психических расстройств и содействию сохранению психического здоровья следует интегрировать в рамках государственной политики, которая предусматривает различные виды деятельности по горизонтали в различных государственных секторах, например охраны окружающей среды, обеспечения жильем, социального обеспечения, труда и трудоустройства, образования, уголовного судопроизводства и защиты прав человека. Это будет формировать в различных секторах беспроигрышные ситуации, включая широкий спектр медицинских, социальных и экономических выгод.